Препарат, который применяют в медицине уже несколько десятилетий, может оказаться полезным при одном из редчайших генетических заболеваний — синдроме Бахмана—Баппа. Речь идёт об эфлорнитине, также известном как дифторметилорнитин, или DFMO.
Новое направление исследований развивают Corewell Health (Corewell Health), Мичиганский государственный университет (Michigan State University) и некоммерческая биотехнологическая организация Every Cure (Every Cure). Их цель — проверить, можно ли использовать уже известный препарат для лечения детей с тяжёлым нарушением, для которого пока нет стандартной терапии.
Что такое синдром Бахмана—Баппа
Синдром Бахмана—Баппа — крайне редкое наследственное заболевание, связанное с мутациями усиления функции в гене ODC1. Этот ген кодирует орнитиндекарбоксилазу — фермент, участвующий в обмене полиаминов, веществ, необходимых для роста и деления клеток.
При такой мутации активность фермента становится чрезмерной. В результате нарушаются важные биохимические процессы, что приводит к тяжёлым проявлениям заболевания. У пациентов описывают выраженную задержку развития, мышечную гипотонию, выпадение волос и другие нарушения.
По данным исследователей, в мире известно лишь около 20 случаев синдрома. Именно поэтому продвижение лечения идёт особенно трудно: слишком мало пациентов, сложно проводить крупные клинические исследования, а врачам приходится работать почти в условиях единичных наблюдений.
Почему внимание привлёк эфлорнитин
Эфлорнитин давно известен врачам. Его применяли для лечения западноафриканского трипаносомоза — хронической паразитарной инфекции, передаваемой мухой цеце. Кроме того, препарат используют для уменьшения нежелательного роста волос на лице у женщин и для профилактики рецидива нейробластомы.
При синдроме Бахмана—Баппа препарат интересен потому, что воздействует прямо на нарушенный путь: он подавляет активность белка ODC. Иными словами, эфлорнитин может уменьшать чрезмерную ферментную активность, вызванную мутацией ODC1.
Первые пациенты уже получили препарат в рамках индивидуальных исследовательских протоколов, одобренных Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США. По предварительным наблюдениям, у части детей отмечено улучшение некоторых симптомов.
От идеи к лечению
Одним из ключевых исследователей этого направления является педиатрический генетик Калеб Бапп. Вместе с профессором педиатрии Андре Бахманом он участвовал в первом описании синдрома и дальнейшем изучении роли ODC1.
Бахман ранее много лет изучал эфлорнитин и его влияние на ген ODC1, в том числе в связи с применением препарата при нейробластоме у детей. Случайное профессиональное знакомство с Баппом помогло соединить две линии исследований: редкое генетическое заболевание и уже существующее лекарство, способное воздействовать на его молекулярную основу.
Сейчас, по сообщениям исследовательской группы, эфлорнитин получили первый пациент с синдромом Бахмана—Баппа и ещё несколько детей. Результаты пока ранние, поэтому говорить о доказанной эффективности преждевременно. Но сам подход — подобрать уже одобренный препарат под конкретный генетический механизм — выглядит многообещающим.
Почему работа продвигается медленно
Главное препятствие — редкость заболевания. Когда пациентов во всём мире всего несколько десятков, трудно набрать участников для полноценного исследования, определить надёжные критерии эффективности и убедительно показать, какие изменения связаны именно с лечением.
Есть и регуляторные сложности. Даже если препарат уже известен, его применение при новом заболевании требует отдельного обоснования, наблюдения за безопасностью и согласования протоколов. По словам исследователей, Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США поддержало идею формального исследования, но для его запуска ещё нужно решить методические и организационные вопросы.
Именно здесь важна роль Every Cure. Организация специализируется на поиске новых применений для уже существующих лекарств. В случае синдрома Бахмана—Баппа она помогает укрепить доказательную базу, подготовить доклинические исследования, повысить осведомлённость врачей и наладить путь к более широкому доступу пациентов к терапии.
Что будет дальше
Следующим важным этапом должна стать доклиническая работа, которую планируют начать в ближайшее время. Она поможет лучше понять, как эфлорнитин действует при нарушениях ODC1, какие биологические показатели можно использовать для оценки ответа на лечение и как безопаснее выстроить дальнейшее клиническое исследование.
Для семей пациентов это не готовое лекарственное решение, а осторожная надежда. Но при ультраредких заболеваниях даже несколько наблюдений могут стать отправной точкой для целого направления терапии.
История эфлорнитина показывает, почему повторное применение известных препаратов становится всё более важным направлением медицины. Иногда путь к лечению редкой болезни начинается не с создания новой молекулы, а с внимательного пересмотра того, что уже есть в арсенале врачей. Похожий принцип точного подбора терапии под механизм заболевания сегодня активно обсуждается и в других областях: например, при редких генетических нарушениях, когда экспериментальные подходы помогают изучать причины тяжёлых расстройств развития.
Литература
Bupp C. P., VanSickle E. A., Bachmann A. S. et al. Repurposing With Purpose: Treatment of Bachmann-Bupp Syndrome With Eflornithine and Implications for Other Polyaminopathies // American Journal of Medical Genetics Part C: Seminars in Medical Genetics. 2025. DOI: 10.1002/ajmg.c.32138.
Ведущий специалист отдела организации клинических исследований, терапевт, врач ультразвуковой диагностики ООО «ВеронаМед» (г. Санкт-Петербург), главный редактор Medical Insider, а также автор статей.
E-mail для связи – xuslan@yandex.ru;