Кишечные бактерии могут делать больше, чем просто участвовать в «переработке» эстрогенов. Новый обзор показывает: микробиом, то есть совокупность микроорганизмов организма, может быть связан с гормональной регуляцией, воспалением, иммунным ответом и ростом некоторых опухолей. Но авторы подчёркивают: пока это перспективная научная гипотеза, а не готовая мишень для лечения рака.
Обзор опубликован в журнале npj Biofilms and Microbiomes. В нём рассмотрены данные о том, как микробиом и эндокринная система — система органов и тканей, вырабатывающих гормоны, — взаимодействуют при гормонозависимых опухолях, прежде всего при эстроген-рецептор-положительном раке молочной железы и раке эндометрия.
От «эстроболома» к более сложной системе
Раньше внимание исследователей было сосредоточено на эстроболоме. Так называют часть кишечных бактерий, которая влияет на обмен эстрогенов — женских половых гормонов, важных не только для репродуктивной системы, но и для костей, сосудов, обмена веществ и некоторых опухолевых процессов.
Эстроболом может изменять, сколько активного эстрогена возвращается в кровоток. В этом участвуют бактериальные ферменты, например β-глюкуронидаза и сульфатазы. Ферменты — это белки, которые ускоряют химические реакции. В данном случае они могут «снимать» с молекул эстрогена химические метки, возвращая гормон в активную форму.
Однако новый обзор предлагает смотреть шире. Микробиом не просто перерабатывает эстроген. Он может участвовать в двусторонней связи с гормональной системой: гормоны меняют состав бактерий, а бактерии влияют на гормональные сигналы, иммунитет, воспаление и обмен веществ.
Как бактерии могут менять действие эстрогена
Одна и та же бактериальная среда теоретически может как усиливать, так и ослаблять воздействие эстрогенов. Это зависит от состава микробиома, питания, лекарств, возраста, состояния здоровья и гормонального фона.
Некоторые кишечные бактерии превращают вещества из растительной пищи в соединения, похожие по действию на гормоны. Один из примеров — S-эквол, который образуется из соевых изофлавонов у людей, имеющих нужные кишечные микроорганизмы. Это вещество может связываться с β-рецептором эстрогена — одним из белков, через которые клетка «слышит» гормональный сигнал.
Другие бактериальные продукты, например энтеролигнаны, тоже способны влиять на эстрогеновые сигналы. Но важная деталь в том, что такие вещества вырабатываются не у всех: для этого нужен определённый набор бактерий. Поэтому в будущем микробные продукты могут стать частью оценки риска или подбора лечения, но для этого нужны клинические доказательства.
Гормоны тоже меняют микробиом
Связь работает в обе стороны. Пубертатный период, беременность, менопауза и гормональная терапия могут менять состав и активность микробиома. При этом изменяются пути обмена желчных кислот, углеводов и стероидных гормонов.
Это важно, потому что такие периоды жизни могут быть «окнами уязвимости»: организм перестраивает гормональные сигналы, а микробиом в это время может влиять на длительность и силу гормонального воздействия. Пока неизвестно, насколько эти изменения напрямую связаны с риском опухолей у людей, но направление считается важным для дальнейших исследований.
Как это может быть связано с раком
Авторы обзора описывают несколько возможных механизмов. Дисбиоз — нарушение равновесия микробиома — может поддерживать хроническое слабое воспаление. Такое воспаление не всегда вызывает заметные симптомы, но способно менять работу иммунной системы и обмен веществ.
Кроме того, воспалительные сигналы могут пересекаться с инсулиновыми и эстрогеновыми путями. Инсулин — гормон, регулирующий уровень глюкозы в крови, — также связан с ростовыми сигналами в клетках. Если эти механизмы нарушаются, они могут создавать условия, благоприятные для опухолевого роста.
Отдельно обсуждается местный микробиом тканей. По данным исследований, микробные сообщества могут присутствовать не только в кишечнике, но и в тканях молочной железы, матки и эндометрия. Они потенциально способны влиять на местное воспаление, иммунный ответ и обмен эстрогенов без явного изменения уровня гормонов в крови.
Некоторые микробные продукты могут повреждать дезоксирибонуклеиновую кислоту (ДНК), то есть молекулу, хранящую наследственную информацию клетки. Другие могут влиять на эпигенетические механизмы — способы «включения» и «выключения» генов без изменения самой последовательности ДНК. Но в людях такие связи пока в основном наблюдательные: они показывают совпадение явлений, а не доказывают причину.
Может ли микробиом помочь лечению
Одна из самых практичных идей — влияние микробиома на эндокринную терапию. Например, активность кишечных бактерий может менять обмен тамоксифена и уровень эндоксифена, его основного активного продукта. Ингибиторы ароматазы — препараты, снижающие образование эстрогенов, — тоже могут влиять на состав кишечной микробиоты.
Но это пока не означает, что пациенткам нужно самостоятельно принимать пробиотики или менять лечение. Доказательств для рутинного «микробиомного» подбора противоопухолевой терапии недостаточно.
Среди возможных подходов исследователи рассматривают пробиотики, пребиотики, избирательные ингибиторы бактериальных ферментов, заданные бактериальные сообщества, живые биотерапевтические препараты и трансплантацию фекальной микробиоты — перенос обработанного микробного материала от донора пациенту для восстановления микробного равновесия.
Пока большая часть данных получена в лабораторных работах, на животных моделях или в исследованиях биомаркеров. Биомаркер — это измеримый признак, который может указывать на риск, течение болезни или ответ на лечение. Клинических испытаний, где оценивали бы реальные онкологические исходы, пока недостаточно.
Почему нужны осторожность и строгие исследования
Главная проблема — причинность. То, что у пациентов с опухолью найден определённый состав микробиома, ещё не означает, что именно он вызвал болезнь или повлиял на её течение.
На результаты сильно влияют питание, лекарства, менопаузальный статус, география, методы лабораторного анализа и даже способ хранения образцов. Поэтому будущие исследования должны быть длительными, стандартизированными и включать мультиомные подходы — одновременный анализ генов, белков, продуктов обмена и других биологических слоёв.
Авторы также подчёркивают необходимость изучать не только бактерии, но и виром — совокупность вирусов в организме, а также микобиом — грибковые сообщества. Важно отдельно анализировать данные у женщин и мужчин, поскольку гормональная регуляция и микробиом могут различаться.
Для пациентов главный вывод простой: микробиом действительно становится важной темой в онкологии, но сегодня он не заменяет доказанные методы профилактики, диагностики и лечения. Похожее направление уже обсуждается и в других видах опухолей: ранее исследователи рассматривали, как изменение состава микробиома может быть связано с новыми подходами к лечению рака толстой кишки.
Литература
Mou E., Guo R., Yi Y., Li Y., Yao Y., Xu J. Beyond estrobolome 1.0: Unraveling endocrine-microbiome axis as a driver and therapeutic target in hormone-driven cancers // npj Biofilms and Microbiomes. 2026. Article in press. DOI: 10.1038/s41522-026-01074-9.