Новые данные раннего клинического исследования STEM-PD показали, что пересадка дофаминергических клеток-предшественников, полученных из человеческих плюрипотентных стволовых клеток, может быть технически выполнимой и биологически активной у пациентов с болезнью Паркинсона. Пока это не доказанное лечение, а важный шаг в проверке безопасности и возможностей клеточной терапии.
Зачем при болезни Паркинсона нужны новые клетки
Болезнь Паркинсона развивается, когда в мозге постепенно погибают нейроны, вырабатывающие дофамин. Дофамин — это химический посредник, который помогает мозгу управлять движениями, мотивацией и другими функциями.
Современные препараты могут уменьшать симптомы, восполняя нехватку дофамина или влияя на дофаминовые пути. Но они не заменяют погибшие клетки и не останавливают сам процесс их утраты. Поэтому учёные давно пытаются создать подход, который не просто временно компенсирует дефицит дофамина, а восстанавливает его источник.
Клеточная терапия в этом случае направлена на пересадку клеток-предшественников. Такие клетки ещё не полностью зрелые, но уже «запрограммированы» развиваться в нужном направлении — в данном случае в дофаминергические нейроны, то есть клетки, связанные с выработкой дофамина.
Что проверяли в исследовании STEM-PD
В исследовании фазы I/II участвовали люди с умеренно продвинутой болезнью Паркинсона, у которых сохранялись выраженные симптомы, несмотря на оптимально подобранное медикаментозное лечение.
Пациентам пересаживали криоконсервированный клеточный продукт. Криоконсервация означает хранение клеток при очень низкой температуре, чтобы их можно было использовать как стандартизированный «готовый к применению» препарат.
Клетки были получены из человеческих плюрипотентных стволовых клеток. Плюрипотентные стволовые клетки способны давать начало разным типам клеток организма. В лаборатории их можно направлять по определённому пути развития, чтобы получить клетки, похожие на те, которые утрачиваются при конкретном заболевании.
Почему это направление развивалось десятилетиями
Идея заменить погибшие дофаминовые нейроны не нова. Ранние исследования с использованием тканей плода показали принципиальную возможность такого подхода, но столкнулись с серьёзными ограничениями: нехваткой ткани, сложностью стандартизации и этическими вопросами.
Стволовые клетки открыли другой путь. Теоретически они позволяют получать более воспроизводимый клеточный продукт в клиническом масштабе. Но для этого нужно решить сразу несколько задач: убедиться, что клетки действительно становятся нужным типом нейронов, что их можно безопасно производить, хранить, доставлять в мозг и наблюдать после пересадки.
Малин Пармар (Malin Parmar), профессор клеточной нейронауки в Лундском университете (Lund University), отметила, что представленные данные стали результатом десятилетий работы по переводу биологии стволовых клеток в клинически применимую терапию. По её словам, исследование показывает, что такой клеточный продукт можно изготовить, пересадить и оценивать в рамках строгого клинического испытания.
Что означают 12-месячные данные
Представленные результаты описывают 12-месячные исходы. Они дают информацию о безопасности, выполнимости процедуры и признаках биологической активности пересаженных клеток.
Это важный, но ранний этап. Клиническое исследование фазы I/II обычно не предназначено для окончательного ответа на вопрос, насколько хорошо метод лечит заболевание. Его задача — показать, можно ли безопасно переходить к более крупным и длительным испытаниям.
Исследователи также отмечают, что результаты согласуются с данными других испытаний клеточной терапии при болезни Паркинсона, которые идут в разных странах. Независимые группы используют разные клеточные продукты и протоколы, но сообщают сопоставимые данные по безопасности и другим исходам. Такое совпадение усиливает уверенность в самом терапевтическом подходе, хотя не заменяет крупных исследований.
Что ещё предстоит выяснить
Главные вопросы пока остаются открытыми. Учёным нужно понять, насколько долго пересаженные клетки сохраняются и работают в мозге, какие пациенты получают наибольшую пользу, какая доза клеток оптимальна и насколько хорошо новые клетки встраиваются в существующие нервные сети.
Отдельная проблема — иммунная защита организма. После пересадки чужеродных клеток может потребоваться иммуносупрессия, то есть подавление иммунного ответа лекарствами, чтобы снизить риск отторжения. Но такие препараты могут повышать риск инфекций и других осложнений.
Поэтому исследователи изучают способы уменьшить потребность в иммуносупрессии. Среди возможных подходов — аутологичные трансплантаты, когда клетки получают из материала самого пациента, а также инженерные клетки, которые меньше распознаются иммунной системой.
Что это значит для пациентов
Для людей с болезнью Паркинсона эти данные дают осторожную надежду, но не означают, что клеточная терапия уже стала стандартным лечением. Пока она остаётся экспериментальным направлением, которое проверяют в клинических исследованиях.
Если будущие более крупные работы с длительным наблюдением подтвердят безопасность и клиническую пользу, пересадка дофаминергических клеток из стволовых клеток может стать новым классом восстановительной терапии. В отличие от лекарств, которые повторно компенсируют нехватку дофамина, такой подход стремится заменить часть клеток, утраченных во время болезни.
Но до широкого применения нужно пройти несколько этапов: доказать долговременную безопасность, устойчивость эффекта, правильный отбор пациентов, воспроизводимость производства и приемлемый баланс пользы и риска.
Ранее МКБ-11 писал о том, как клеточная терапия изучается при нейродегенеративных заболеваниях на примере болезни Альцгеймера.
Литература
International Society for Stem Cell Research. Press release.