Важные сведения о психическом здоровье нередко есть в медицинской карте, но найти их бывает трудно. Особенно если они не внесены в диагностические коды — короткие стандартизированные обозначения болезней и состояний, по которым врачи, исследователи и системы здравоохранения обычно ищут и подсчитывают случаи.
Новое исследование, проведённое учёными из Университета Нью-Мексико (University of New Mexico), показало: такой подход может сильно занижать реальную распространённость самоповреждения в анамнезе. Самоповреждение — это причинение себе вреда; оно может быть связано с суицидальными мыслями, но не всегда означает намерение умереть.
Что изучали исследователи
Команда проанализировала электронные медицинские карты более чем 1,3 миллиона пациентов, наблюдавшихся в Управлении здравоохранения ветеранов США (Veterans Health Administration, VHA). Работа опубликована в журнале Journal of Medical Internet Research.
Главный вывод оказался тревожным: диагностические коды отражали только около четверти случаев самоповреждения, которые уже были клинически задокументированы в записях врачей.
По оценке исследователей, признаки ранее зафиксированного самоповреждения были у 7,9% пациентов. При этом по диагностическим кодам было видно лишь 1,85%. Иными словами, если считать только «удобно видимые» коды, потребность в психиатрической и психологической помощи может выглядеть намного ниже, чем она есть на самом деле.
Почему это важно для пациента и врача
История самоповреждения — один из важных признаков, который помогает оценивать риск повторного самоповреждения и самоубийства в будущем. Она также влияет на то, как врач смотрит на депрессию, посттравматическое стрессовое расстройство, биполярное расстройство, употребление психоактивных веществ, черепно-мозговую травму и другие состояния, которые могут сочетаться с самоповреждением.
Проблема не в том, что врачи не хотят видеть эти сведения. Проблема в масштабе данных. По словам Кристофа Ламберта (Christophe Lambert), в некоторых медицинских картах, проверенных командой, было более 500 000 строк заметок. Во время обычного приёма невозможно прочитать всё это построчно.
Что не попадает в «самое видимое» поле карты
Исследователи также изучили так называемые списки проблем — краткие перечни важных диагнозов и состояний пациента, которые должны быстро ориентировать медицинскую команду. Но на практике такие списки не всегда обновляются полностью и одинаково.
Даже среди ветеранов, у которых самоповреждение было отражено в диагностическом коде, только у 22,6% оно было внесено в список проблем. Это означает, что даже «найденный» риск часто не попадал в одно из самых заметных мест медицинской карты.
Как работал новый метод
Авторы использовали метод машинного обучения PULSNAR — Positive Unlabeled Learning Selected Not At Random. В русской передаче это можно описать как обучение на «положительных» и неразмеченных данных с учётом того, что отбор случаев неслучаен.
Смысл такой: обычным компьютерным моделям нужны чёткие примеры «да» и «нет». Но в медицине отсутствие кода ещё не доказывает, что у человека никогда не было самоповреждения. Это может означать только то, что запись не попала в нужное поле.
PULSNAR обучается на пациентах, у которых код есть, а затем ищет похожие закономерности среди пациентов без кода. После экспертной проверки медицинских записей и статистической калибровки — то есть настройки расчётов по результатам ручной проверки — модель помогла оценить, сколько случаев могло быть скрыто от стандартного подсчёта.
Модель не ставит диагноз и не предсказывает будущее
Авторы подчёркивают: исследование не пыталось предсказать, кто совершит самоповреждение в будущем. Модель также не предназначена для самостоятельного клинического решения по конкретному пациенту.
Её задача была другой: понять, насколько часто уже имеющаяся в карте история самоповреждения остаётся невидимой для стандартных способов поиска.
Правин Кумар (Praveen Kumar), первый автор исследования, отметил, что медицинские записи могут скрывать самоповреждение по-разному. Иногда сведения есть в заметке врача, но отсутствуют в кодах. В других случаях карта содержит травмы, отравления, факторы риска или особенности поведения, которые могут быть совместимы с самоповреждением, но сами по себе не доказывают, что именно произошло и почему.
Что это может изменить
Такой подход может помочь системам здравоохранения точнее планировать психиатрическую помощь, исследователям — корректнее оценивать распространённость состояний, а клиническим командам — находить записи, которые требуют более внимательного просмотра.
Но пока это исследовательский инструмент. Его нельзя использовать как замену беседе с пациентом, клинической оценке и действующим программам профилактики самоубийств.
Для пациентов главный практический вывод проще: важная информация о психическом здоровье должна быть доступна лечащей команде, а не теряться в тысячах строк старых записей. Если у человека когда-либо были мысли о самоповреждении или попытки причинить себе вред, об этом важно сказать врачу напрямую, даже если кажется, что «это уже где-то записано».
Если мысли о самоповреждении возникают сейчас, нужно немедленно обратиться за экстренной помощью, связаться с местной службой неотложной помощи или с человеком, который может быть рядом до приезда специалистов.
В более широком контексте МКБ-11 уже писал о том, что факторы риска самоубийства могут быть связаны не только с психиатрическими диагнозами, но и с внешними нагрузками на организм.
Литература
Kumar P., Viszolay A. D., Upadhayaya R., Moomtaheen F., Greer D. R., Bologa C. G., Schneider K. A., Davis S. E., Matheny M. E., van der Goes D., Villarreal G., Zhu Y., Tohen M., Malec S. A., Yang J. J., Fielstein E. M., Lambert C. G. Detecting Uncoded Self-Harm in Veterans’ Electronic Health Records Using Positive and Unlabeled Learning: Retrospective Cohort Study // Journal of Medical Internet Research. 2026. Vol. 28. e89071. DOI: 10.2196/89071.