Два небольших клинических исследования показали, что персонализированные противоопухолевые вакцины могут помогать иммунной системе сдерживать возвращение рака почки и рака поджелудочной железы после хирургического удаления опухоли.
Речь идёт не о профилактических вакцинах, а о лечебных препаратах: их задача — научить иммунные клетки распознавать уже возникшую опухоль и уничтожать оставшиеся раковые клетки.
Результаты обоих исследований были представлены в журнале Nature.
Как работают неоантигенные вакцины
Такие вакцины создают индивидуально для каждого пациента. После операции исследователи проводят подробный генетический анализ опухоли и ищут в ней мутированные белки — неоантигены.
Для иммунной системы неоантигены могут быть чем-то вроде тревожного сигнала: клетка несёт необычный белок, значит, её нужно уничтожить. Но при раке этот сигнал нередко оказывается слишком слабым или подавляется самой опухолью.
Персонализированная вакцина усиливает этот сигнал и помогает T-клеткам распознавать раковые клетки, на поверхности которых представлены выбранные неоантигены.
Почему лечение дают после операции
В обоих испытаниях пациенты получали несколько доз вакцины в течение месяцев после успешного удаления опухоли. Такой подход называют адъювантным: его используют после основного лечения, чтобы уничтожить возможные остаточные опухолевые клетки и снизить риск рецидива.
Идея состоит ещё и в том, чтобы сформировать долговременную иммунную память. Если отдельные раковые клетки появятся позже, подготовленные T-клетки смогут быстрее их распознать.
Испытание при раке поджелудочной железы
В исследовании рака поджелудочной железы участвовали 16 пациентов. Для каждого из них создавали мРНК-вакцину с набором до 20 целевых неоантигенов. Препарат назывался аутоген цевумеран.
Пациенты также получали однократную дозу атезолизумаба при первом введении вакцины, затем несколько доз вакцины в течение нескольких месяцев, а после этого — короткий курс четырёхкомпонентной химиотерапии.
У 8 из 16 участников возник выраженный иммунный ответ на лечение. Среди этих 8 пациентов у 2 позже произошёл рецидив, а 6 оставались без признаков рака примерно через 3 года после операции. У части ответивших на лечение T-клетки, распознающие целевые неоантигены, сохранялись в крови до 4 лет после последней дозы.
У 8 пациентов, у которых иммунного ответа не было, медианное время до возвращения рака составило около 13 месяцев.
Испытание при раке почки
В исследовании рака почки участвовали 9 пациентов. У каждого в опухоли определяли до 20 неоантигенов, которые, по мнению исследователей, могли вызвать наиболее сильную иммунную реакцию. Затем для каждого пациента синтезировали короткие фрагменты этих мутированных белков — пептиды.
После операции пациенты получали по одной дозе вакцины в неделю в течение месяца, а затем дополнительные дозы примерно через 12 и 20 недель. Пять участников также получали низкую дозу ипилимумаба вместе с каждой дозой вакцины.
На момент публикации ни у одного участника не было рецидива. У 4 пациентов рак не возвращался более 3 лет после операции.
При этом исследователи подчёркивают: при операбельном раке почки нередко бывает длительный период без рецидива и без дополнительной иммунотерапии. Поэтому главный аргумент в пользу действия вакцины — не только отсутствие рецидивов, но и выраженный иммунный ответ на целевые неоантигены.
Почему это особенно важно для этих опухолей
Иммунные препараты уже применяются при раке почки, особенно если болезнь распространилась по организму. При раке поджелудочной железы ситуация сложнее: многие виды иммунотерапии в клинических исследованиях пока не давали заметного эффекта.
У этих опухолей есть общая трудность: обычно в них сравнительно мало мутаций. А чем меньше мутаций, тем меньше неоантигенов, по которым иммунная система может отличить раковую клетку от нормальной.
Новые технологии позволяют точнее искать даже редкие потенциальные неоантигены и выбирать те, которые с наибольшей вероятностью вызовут иммунный ответ.
Побочные эффекты были лёгкими
В обоих исследованиях лечение переносилось хорошо, сообщалось только о лёгких побочных эффектах. Это особенно важно для пациентов после операции, у которых риск рецидива может быть ниже, чем у людей с распространённой болезнью.
Для такой группы любое дополнительное лечение должно не только снижать риск возвращения рака, но и оставаться достаточно безопасным.
Что будет дальше
Полученные результаты выглядят многообещающе, но оба испытания были небольшими. Они не доказывают окончательно, что вакцины предотвращают рецидив, — для этого нужны более крупные исследования с контрольными группами.
Такие испытания уже начаты. Они должны показать, насколько персонализированные неоантигенные вакцины действительно улучшают долгосрочные исходы и у каких пациентов этот подход работает лучше всего.
Развитие таких вакцин — часть более широкого направления, в котором врачи пытаются использовать собственную иммунную систему пациента против опухоли. Подробнее о том, почему опухоли могут уходить от иммунного ответа и становиться устойчивыми к лечению, рассказывает материал о том, как меланома становится устойчивой к терапии.
Литература
Phillips C. Are New Immune-Based Treatments for Kidney and Pancreatic Cancer on the Horizon? // National Cancer Institute. 2025. Apr 23.