Зависимость всё чаще рассматривают не как «слабость характера», а как заболевание мозга, в котором переплетаются биология, среда, стресс, наследственность и социальные условия. Исследования последних лет показывают: помочь могут не только проверенные психотерапевтические подходы, но и новые лекарственные направления — в том числе препараты, изначально созданные для лечения ожирения и сахарного диабета 2 типа.
Почему зависимость меняет работу мозга
Алкоголь, опиоиды, каннабиноиды, никотин и психостимуляторы действуют по-разному, но у них есть общий путь: они вызывают всплески дофамина в прилежащем ядре — области мозга, связанной с вознаграждением, мотивацией и обучением.
Такие всплески помогают мозгу запомнить: это действие нужно повторить. Постепенно формируется связь между веществом и сигналами вокруг него — местами, запахами, людьми, ситуациями. Эти сигналы начинают вызывать тягу сами по себе.
Со временем мозг приспосабливается к чрезмерной стимуляции: активность системы вознаграждения снижается, обычные радости приносят меньше удовольствия, а вещество становится всё более «необходимым» для ощущения нормы. Одновременно ослабевают цепи, отвечающие за самоконтроль и реакцию на стресс. Поэтому тяга усиливается, а риск срыва растёт.
Почему зависимость развивается не у всех
Не каждый человек, употребляющий вещества с высоким риском привыкания, становится зависимым. На риск влияют возраст, наследственность, доступность вещества, семейный надзор, окружение, бедность, травматический опыт и другие факторы.
Но ни один из них сам по себе не определяет судьбу человека. Зависимость развивается как результат сложного взаимодействия биологических и социальных причин.
Когнитивно-поведенческая терапия помогает менять привычные сценарии
Один из доказанных подходов к лечению расстройств, связанных с употреблением психоактивных веществ, — когнитивно-поведенческая терапия. Её цель — помочь человеку распознать мысли, чувства и ситуации, которые запускают употребление, и заменить прежние способы совладания более здоровыми.
При расстройстве, связанном с употреблением алкоголя, это может означать работу со стрессом, одиночеством, конфликтами, тревогой или привычкой использовать алкоголь как главный способ «выключиться» после тяжёлого дня.
Исследования показывают, что когнитивно-поведенческая терапия эффективнее отсутствия лечения или минимальной помощи. Однако она не всегда превосходит другие доказательные формы поведенческой терапии. Это важное уточнение: если один подход не помогает, это не значит, что лечение бесполезно — возможно, нужен другой метод.
Цифровая терапия как дополнение, а не замена врачу
Одна из проблем психотерапии — качество и единообразие её проведения. В клинических исследованиях специалисты часто строго следуют протоколу, а в обычной практике терапия может сильно различаться.
Чтобы уменьшить этот разрыв, была создана программа CBT4CBT — компьютерное обучение навыкам когнитивно-поведенческой терапии. Она использует видео, графику, звуковые инструкции и упражнения, чтобы обучать стратегиям отказа от алкоголя или наркотиков.
В клиническом испытании с участием 99 взрослых с расстройством, связанным с употреблением алкоголя, участников распределили на три группы: цифровая когнитивно-поведенческая терапия с короткими еженедельными встречами с клиницистом, очная когнитивно-поведенческая терапия или стандартное амбулаторное лечение без этого метода.
Во время 8-недельного лечения доля дней без алкоголя выросла во всех группах примерно одинаково. Но к концу 6-месячного наблюдения в группе CBT4CBT число дней без алкоголя увеличилось почти на 75% по сравнению с исходным уровнем, тогда как в других группах рост был заметно меньше.
Какие лекарства уже применяются
Для некоторых зависимостей уже есть одобренные препараты. При расстройстве, связанном с употреблением опиоидов, применяются бупренорфин, метадон и налтрексон. Они могут уменьшать симптомы отмены и тягу.
Существуют лекарства для лечения табачной зависимости и расстройства, связанного с употреблением алкоголя. Но выбор всё ещё ограничен, а при зависимости от психостимуляторов или каннабиса одобренных препаратов пока нет.
Поэтому исследователи ищут новые лекарственные подходы.
Почему внимание привлекли препараты ГПП-1
Особый интерес вызвали агонисты рецептора глюкагоноподобного пептида-1 — препараты, которые применяются при ожирении и сахарном диабете 2 типа. К ним относятся семаглутид, лираглутид и тирзепатид.
Эти средства могут снижать пищевую тягу, влияя на дофаминовые сигналы, связанные с пищевыми стимулами. Поскольку похожие сигнальные пути участвуют и в тяге к психоактивным веществам, возникла гипотеза: препараты ГПП-1 могут уменьшать и алкогольную или наркотическую тягу.
Семаглутид снизил употребление алкоголя у животных
В опытах на грызунах семаглутид уменьшал эпизодическое употребление алкоголя у мышей и снижал потребление алкоголя у зависимых крыс.
Учёные также изучали электрическую активность в мозге животных и обнаружили, что семаглутид меняет сигналы в областях, на которые влияет хроническое воздействие алкоголя. Однако точный механизм, связывающий эти изменения со снижением употребления, пока остаётся неясным.
Данные медицинских карт: меньше диагнозов и срывов
В крупных исследованиях медицинских записей семаглутид был связан примерно с 50% более низким риском впервые получить диагноз расстройства, связанного с употреблением алкоголя, у людей без такого диагноза в прошлом.
У людей с уже имевшимся расстройством семаглутид был связан с сопоставимым снижением риска возврата заболевания. Эта связь сохранялась независимо от пола, расы, возраста и наличия сахарного диабета 2 типа.
Похожие данные получили и для других состояний: семаглутид связывали с более низким риском расстройства, связанного с употреблением каннабиса, меньшим числом обращений по поводу табачной зависимости и более низким риском передозировки опиоидов у людей с опиоидной зависимостью.
Важно: такие работы показывают связь, но не доказывают причинно-следственный эффект. Для этого нужны рандомизированные клинические испытания.
Первое клиническое испытание при алкогольной зависимости
В небольшом рандомизированном исследовании 48 взрослых с расстройством, связанным с употреблением алкоголя, получали семаглутид или плацебо один раз в неделю с постепенным повышением дозы.
Через 8 недель участникам предложили в течение двух часов пить предпочитаемый алкогольный напиток в собственном темпе. Люди, получавшие семаглутид, выпили значительно меньше, чем участники группы плацебо.
Кроме того, они сообщали о меньшем числе порций алкоголя в дни употребления, более слабой еженедельной тяге и меньшем числе дней тяжёлого употребления. При этом общее число порций алкоголя за календарный день и число дней употребления существенно не различались между группами.
Среди курящих участников те, кто получал семаглутид, также сообщали о большем снижении числа сигарет в день. Но исследование было небольшим, поэтому его результаты требуют проверки в более крупных испытаниях.
Что это значит для лечения зависимостей
Сегодня данные по препаратам ГПП-1 выглядят многообещающе, но их нельзя воспринимать как готовое решение для лечения зависимостей. Семаглутид и близкие препараты пока изучаются в этом направлении, а самостоятельное применение вне медицинских показаний может быть небезопасным.
Главный вывод другой: зависимость всё яснее предстает как состояние, при котором нужно сочетать разные подходы — психотерапию, лекарственную поддержку, лечение сопутствующих заболеваний, помощь семье и снижение социальных рисков.
Понимание роли дофамина остаётся ключевым для этой области: подробнее о том, почему дофамин важен не только для удовольствия, но и для зависимости, болезни Паркинсона и других состояний, рассказывает материал о точечной дофаминовой сигнализации в мозге.
Литература
Magill M., Ray L., Kiluk B., Hoadley A., Bernstein M., Tonigan J.S., Carroll K. A meta-analysis of cognitive-behavioral therapy for alcohol or other drug use disorders: Treatment efficacy by contrast condition // Journal of Consulting and Clinical Psychology. 2019. Vol. 87, № 12. P. 1093–1105. DOI: 10.1037/ccp0000447. Epub 2019 Oct 10. PMID: 31599606.
Kiluk B.D., Benitez B., DeVito E.E., Frankforter T.L., LaPaglia D.M., O’Malley S.S., Nich C. A digital cognitive behavioral therapy program for adults with alcohol use disorder: A randomized clinical trial // JAMA Network Open. 2024. Sep 3. Vol. 7, № 9. e2435205. DOI: 10.1001/jamanetworkopen.2024.35205. PMID: 39325452.
Chuong V., Farokhnia M., Khom S., Pince C.L., Elvig S.K., Vlkolinsky R., Marchette R.C., Koob G.F., Roberto M., Vendruscolo L.F., Leggio L. The glucagon-like peptide-1 (GLP-1) analogue semaglutide reduces alcohol drinking and modulates central GABA neurotransmission // JCI Insight. 2023. Jun 22. Vol. 8, № 12. e170671. DOI: 10.1172/jci.insight.170671. PMID: 37192005.
Wang W., Volkow N.D., Berger N.A., Davis P.B., Kaelber D.C., Xu R. Associations of semaglutide with incidence and recurrence of alcohol use disorder in real-world population // Nature Communications. 2024. May 28. Vol. 15, № 1. 4548. DOI: 10.1038/s41467-024-48780-6. PMID: 38806481.
Wang W., Volkow N.D., Berger N.A., Davis P.B., Kaelber D.C., Xu R. Association of semaglutide with reduced incidence and relapse of cannabis use disorder in real-world populations: a retrospective cohort study // Molecular Psychiatry. 2024. Aug. Vol. 29, № 8. P. 2587–2598. DOI: 10.1038/s41380-024-02498-5. Epub 2024 Mar 14. PMID: 38486046.
Wang W., Volkow N.D., Berger N.A., Davis P.B., Kaelber D.C., Xu R. Association of semaglutide with tobacco use disorder in patients with type 2 diabetes: Target trial emulation using real-world data // Annals of Internal Medicine. 2024. Aug. Vol. 177, № 8. P. 1016–1027. DOI: 10.7326/M23-2718. Epub 2024 Jul 30. PMID: 39074369.
Farokhnia M., Tazare J., Pince C.L., Bruns N. 6th, Gray J.C., Lo Re V. 3rd, Fiellin D.A., Kranzler H.R., Koob G.F., Justice A.C., Vendruscolo L.F., Rentsch C.T., Leggio L. Glucagon-like peptide-1 receptor agonists, but not dipeptidyl peptidase-4 inhibitors, reduce alcohol intake // Journal of Clinical Investigation. 2025. Mar 6. Vol. 135, № 9. e188314. DOI: 10.1172/JCI188314. eCollection 2025 May 1. PMID: 40048376.
Hendershot C.S., Bremmer M.P., Paladino M.B., Kostantinis G., Gilmore T.A., Sullivan N.R., Tow A.C., Dermody S.S., Prince M.A., Jordan R., McKee S.A., Fletcher P.J., Claus E.D., Klein K.R. Once-weekly semaglutide in adults with alcohol use disorder: A randomized clinical trial // JAMA Psychiatry. 2025. Apr 1. Vol. 82, № 4. P. 395–405. DOI: 10.1001/jamapsychiatry.2024.4789. PMID: 39937469.