Препараты ГПП-1 связали с уменьшением симптомов приступообразного переедания

Препараты, применяемые при ожирении и сахарном диабете 2-го типа, могут уменьшать потерю контроля над едой, эмоциональное переедание и другие нарушения пищевого поведения. К такому выводу пришли авторы обзора 25 клинических испытаний с участием более 8000 человек. Однако большинство исследований были непродолжительными и не предназначались специально для лечения расстройства приступообразного переедания.

Работу возглавили исследователи из Университетского колледжа Лондона (University College London). Среди авторов — Иззи Эмптейдж (Izzy Emptage) и Илария Костантини (Ilaria Costantini). Результаты опубликованы в журнале eClinicalMedicine.

Что такое приступообразное переедание

Расстройство приступообразного переедания характеризуется повторяющимися эпизодами, во время которых человек за короткое время съедает необычно большое количество пищи и чувствует, что не может остановиться или контролировать происходящее.

Такие эпизоды могут сопровождаться стыдом, чувством вины, тревогой и попытками скрыть пищевое поведение от окружающих. В отличие от нервной булимии, после переедания человек обычно не прибегает регулярно к рвоте, голоданию или чрезмерной физической нагрузке для компенсации съеденного.

Это не отсутствие силы воли и не просто привычка есть слишком много. Расстройство относится к психическим заболеваниям и может серьёзно ухудшать качество жизни. Оно связано с депрессией, тревожными расстройствами, нарушениями сна, ожирением и обменными заболеваниями.

Основу помощи обычно составляют психотерапия, поддержка в восстановлении регулярного питания и лечение сопутствующих состояний. Лекарственных вариантов немного, а их регистрационные показания и доступность различаются между странами.

Почему внимание привлекли препараты ГПП-1

Исследователи изучили препараты, действующие через систему глюкагоноподобного пептида-1 (ГПП-1; glucagon-like peptide-1, GLP-1). Этот гормон вырабатывается в кишечнике после приёма пищи и участвует в регуляции уровня глюкозы, насыщения и скорости опорожнения желудка.

Агонисты рецептора ГПП-1 имитируют действие естественного гормона. К этой группе относятся, в частности, семаглутид и лираглутид. В обзор также вошли испытания тирзепатида — препарата, воздействующего одновременно на рецепторы ГПП-1 и глюкозозависимого инсулинотропного полипептида, ещё одного гормона, регулирующего обмен веществ.

Такие лекарства уменьшают аппетит и помогают некоторым людям раньше почувствовать насыщение. Предполагается, что они также могут влиять на системы вознаграждения и контроля импульсов в головном мозге — механизмы, участвующие в формировании тяги к пище.

Поэтому учёных заинтересовало, ограничивается ли действие препаратов снижением голода или затрагивает потерю контроля, эмоциональное переедание и навязчивые мысли о еде.

Обзор включал более 8000 участников

Авторы проанализировали 25 рандомизированных контролируемых испытаний, проведённых в 12 странах на четырёх континентах. В таких исследованиях участников случайным образом распределяют между группами лечения, что помогает уменьшить влияние исходных различий между людьми.

Всего в испытаниях участвовали 8069 взрослых с избыточной массой тела или ожирением. Около двух третей составляли женщины, большинство участников были белыми.

Медианный возраст — показатель, разделяющий выборку на две равные части, — составлял 47 лет. Медианный индекс массы тела (ИМТ) достигал 35,8 килограмма на квадратный метр, что соответствует ожирению.

Продолжительность исследований варьировалась от шести до 104 недель. Данные 24 испытаний удалось объединить в метаанализ — общий статистический расчёт результатов нескольких работ.

Симптомы переедания стали менее выраженными

По сравнению с плацебо или другими видами лечения препараты ГПП-1 были связаны с умеренным общим улучшением показателей, относящихся к приступообразному перееданию.

Участники сообщали:

• о меньшей выраженности приступов переедания;
• о более редкой потере контроля во время еды;
• о меньшей склонности продолжать есть без физического голода;
• о снижении эмоционального переедания — употребления пищи в ответ на стресс, тревогу, скуку или другие переживания.

Исследования использовали разные опросники и по-разному определяли пищевые нарушения. Одни оценивали количество приступов, другие — ощущение потери контроля или склонность реагировать на внешние пищевые сигналы. Поэтому объединённый результат следует считать ориентировочным.

Люди стали сильнее ограничивать питание

На фоне лечения участники также демонстрировали более высокую когнитивную, или диетическую, сдержанность — сознательные попытки контролировать количество и выбор пищи.

Такое изменение может означать, что человеку стало легче останавливаться после насыщения, планировать рацион и не поддаваться импульсивному желанию поесть.

Но существует и другое объяснение. Иногда контроль становится чрезмерно жёстким: человек пропускает приёмы пищи, запрещает себе целые группы продуктов или испытывает сильную тревогу после отступления от правил.

По словам Иззи Эмптейдж (Izzy Emptage), имеющиеся данные не позволяют понять, отражает ли усиление сдержанности полезную саморегуляцию или потенциально неблагоприятное ограничительное пищевое поведение.

Это особенно важно для людей, у которых приступы переедания чередуются со строгими диетами. Сильное ограничение питания способно поддерживать цикл голода, потери контроля и чувства вины.

Специальных исследований было всего три

Наиболее заметное уменьшение симптомов наблюдалось в небольшом числе испытаний, которые специально включали людей с приступообразным перееданием или ставили целью изменение такого поведения.

Однако подобных исследований оказалось только три. Все они имели высокий риск систематической ошибки — особенностей устройства или проведения работы, способных исказить результат.

Поэтому пока нельзя утверждать, что препараты ГПП-1 особенно эффективны именно при диагностированном расстройстве приступообразного переедания.

Большинство включённых испытаний первоначально проводили для оценки снижения массы тела или лечения обменных нарушений. Пищевое поведение в них было дополнительным, а не главным показателем.

Достоверность результатов остаётся ограниченной

Ни одно включённое исследование не получило оценку низкого риска систематической ошибки. В 12 работах риск признали высоким, в остальных выявили отдельные основания для сомнений.

Испытания заметно различались по препаратам, продолжительности, характеристикам участников и способам оценки пищевого поведения. Для некоторых отдельных показателей данных было мало.

Большинство работ изучали лираглутид. Более новые средства могут сильнее подавлять аппетит и снижать массу тела, но это не обязательно означает, что они эффективнее воздействуют на психологические причины переедания.

Многие исследования финансировали производители лекарств. Промышленное финансирование само по себе не делает результаты недостоверными, но требует особенно внимательной оценки методов, полноты опубликованных данных и возможных конфликтов интересов.

Что происходит после отмены лечения, неизвестно

Большинство испытаний оценивали краткосрочные изменения. Данных о сохранении контроля над питанием после прекращения терапии оказалось недостаточно.

После отмены препаратов могут возвращаться аппетит и потерянная масса тела. Неясно, возвращаются ли одновременно приступы переедания и эмоциональная тяга к пище.

Мало работ также оценивали отношение человека к своему телу, страх набора веса, тревогу, депрессивные симптомы и качество жизни. Между тем улучшение цифр в опроснике пищевого поведения не всегда означает полноценное психологическое восстановление.

Нужны более длительные исследования, которые будут оценивать не только массу тела, но и число приступов, психическое состояние, безопасность ограничительного пищевого поведения и состояние после отмены препарата.

Лекарство не заменяет психотерапию

Авторы рассматривают препараты ГПП-1 как возможное дополнение к помощи, а не самостоятельное решение.

Лекарство может уменьшить голод, пищевую тягу и частоту потери контроля. Но оно не обязательно устраняет стыд, неудовлетворённость телом, последствия психологической травмы, тревогу или привычку справляться с переживаниями с помощью еды.

Участники группы с личным опытом заболевания, консультировавшие исследователей, подчёркивали, что устойчивое восстановление требует психологической и социальной поддержки.

Особую осторожность необходимо соблюдать людям с любым расстройством пищевого поведения в настоящем или прошлом. Подавление аппетита без наблюдения специалиста может маскировать симптомы, усиливать жёсткие ограничения или приводить к недостаточному питанию.

Препараты ГПП-1 имеют противопоказания и способны вызывать нежелательные реакции, включая тошноту, рвоту, диарею или запор. Начинать их приём исключительно ради уменьшения приступов переедания без назначения врача не следует.

Что результаты означают для пациентов

Обзор показывает, что воздействие препаратов ГПП-1 может выходить за пределы обычного снижения аппетита. У части людей они, вероятно, уменьшают потерю контроля, эмоциональное питание и другие проявления нарушенного пищевого поведения.

Но данные пока недостаточно надёжны, чтобы считать эти лекарства доказанным отдельным методом лечения расстройства приступообразного переедания.

Наиболее важными следующими шагами станут независимые клинические испытания с участием людей, у которых диагноз подтверждён специалистом. В таких работах препараты необходимо сравнивать не только с плацебо, но и с психотерапией и комбинированным лечением.

Потенциальное влияние ГПП-1 на систему вознаграждения изучают и в других областях. Ранее препараты этой группы связали с меньшей частотой некоторых расстройств, вызванных употреблением психоактивных веществ, однако и там наблюдательные данные ещё не доказывают лечебного действия.

Литература

Emptage I., Kozmér S., Cobham-Wilson A., Sousa B., Sugden K., Wheeler L., Llewellyn C., Makaronidis J., Bulik C., Solmi F., Costantini I. The effectiveness of glucagon-like peptide-1 receptor agonists (GLP-1RAs) on binge eating in patients with obesity: a systematic review and meta-analysis // eClinicalMedicine. – 2026. – Art. 104007. – DOI: 10.1016/j.eclinm.2026.104007.